Мы продолжаем рубрику «Карта Добра». В ней рассказываем вам, дорогие читатели, о социально ориентированных некоммерческих организациях (СО НКО) Железногорска и их ярких мероприятиях. Вместе отмечаем на импровизированной карте Железногорска «добрые» локации и убеждаемся, что наш город полон инициативных и бескорыстных людей. Проект реализуется при поддержке госкорпорации «Росатом» в рамках грантового конкурса «80 Добрых дел»

Лес, который не прощает
Команда ГиГ накануне отправилась на учения поисково-спасательной группы «Сибирь». Мартовский лес за пожарной частью №10 встретил не по-весеннему: вокруг сугробы, протоптанных дорожек совсем немного. Волонтеров это совсем не смущает: холодно, но терпимо. Чем суровее учения, тем легче потом в настоящем бою, говорят поисковики.

Сегодня участвуют около двух десятков человек. Кто-то в профессиональном камуфляже, разгрузках и с навигаторами в руках. Другие пришли в обычных городских куртках и резиновых сапогах – это новички. Сегодня старшие передают опыт младшим. 

Легенда учений простая – потерялся человек. Условный «потеряшка» уже где-то глубоко в лесу, и его нужно найти. Задачу выполняют две группы, которые пойдут разными маршрутами. Первая будет работать «прочесом на отклик» – это когда цепь людей медленно идет через лес, останавливаясь и крича. Вторая пойдет по линейным ориентирам – тропинкам, просекам, оврагам, где вероятность наткнуться на человека выше. 

Но любой поиск начинается с главного и очень важного – регистрации группы. Юлия с позывным «Инфаркт» сегодня исполняет роль регистратора. Ее задача – всех записать и выдать оборудование: рации, навигаторы, компасы, жилеты. Когда человек заходит и возвращается из леса, она фиксирует время. Это железное правило поисковиков, ни один волонтер не должен остаться потерянным в лесу. 

По словам Юлии, самая частая проблема потерявшихся – это одежда. Люди идут в лес в камуфляже, в темно-зеленых, серых, черных куртках. Если человек в такой одежде лежит или сидит под кустом, найти его практически невозможно, даже если проходишь в трех метрах. Чем ярче оденешься, тем лучше: в красное, оранжевое, лимонное, салатовое. А еще любой заметный элемент: жилет, головной убор, рюкзак. Это может спасти жизнь. 

Вторая святая заповедь – предупреждать родственников и говорить точные координаты и время, когда планируете вернуться. Это дает локацию и время контроля. Если, например, в шесть вечера человек не появился, родственники знают, когда бить тревогу, а поисковики – место примерной пропажи и время его отправки в лес. 

– Хочется быть нужной, полезной людям, – говорит Юлия. – У меня работа с графиком, и когда он позволяет, я участвую. И в ночное бывает. В полиции просто физически не хватает людей, а нас, добровольцев, много. Мы готовы в ночь, в стужу, в любое время года. Мы неравнодушные.

Юлия вспоминает и случай не про поиск в лесу, а про то, как можно помогать по-другому. Отряд ездил на поиски семьи Усольцевых. Их тогда искали уже около недели, работали волонтеры группы «ЛизаАлерт», были подключены все силы. Тогда Юлия со своим мужем загрузили в машину казаны, продукты, дрова. Приехали на место, развели огонь и наготовили горячей еды для замерзших, вымотанных поисковиков.

Стоим, слушаем
А тем временем «Сибирь» продолжает учебные поиски, ГиГ присоединяется к первой команде. Старшая группы, Наталья с позывным «Капля», ведет людей по лесу. Инструктаж перед входом в лес короткий, но емкий: 

– Идем цепью, интервал метров десять-пятнадцать. Никаких разговоров. Полная тишина в движении. Смотрим не только вперед, но и под ноги. Могут быть следы, окурки, фантики, сломанные ветки. Любая мелочь важна».

Заходим в лес, кричать отправляют новенького молодого парня. «Ва-а-а-ся! Ва-а-а-ся!» – старательно зовет он, поворачиваясь в разные стороны. Теперь слушаем секунд 40, не раздастся ли ответ.

– Ждать нужно обязательно, – объясняет Наталья. – Человек, которого мы ищем, может быть уставшим, обессиленным, может просто спать, спрятавшись от ветра под деревом. Мы не знаем, в каком он состоянии. Он может не сразу сообразить, что это кричат ему. Или у него уже сел голос, он пытался звать сам, но не смог, и теперь ищет палку, чтобы постучать по дереву. Поэтому мы ждем – даем ему время отреагировать. А что касается трех сторон, то звук идет волной. Когда мы кричим строго вперед, он расходится узким сектором. Чтобы охватить большую площадь, мы поворачиваем корпус – вперед и в две стороны. Назад не кричим, потому что там уже прошли. Это позволяет «озвучить» максимальный сектор леса перед нами.

И это действительно работает. На реальных поисках, говорит Наталья, если слышно человека, хочется сразу бежать. Но нельзя. Есть алгоритм: если кто-то услышал отклик, он молча поднимает руку и показывает направление. Другие тоже слушают и показывают, если слышат. Если направление совпало у всех, берут азимут (показывает точное направление движения или положение объекта относительно севера, измеряется в градусах), примерно прикидывают расстояние и докладывают в штаб. А там уже решают, идти туда или оставаться на месте и ждать подкрепления, чтобы не спугнуть человека, если он, например, в овраге и его плохо слышно. Бежать сразу на эмоциях – самая распространенная ошибка новичка, утверждает Наталья.

Идем, смотрим
Пока одна группа «озвучивает» лес, команда ГиГ идет ко второй. Здесь совсем другая тактика – работа по линейным ориентирам. По словам поисковиков, люди редко идут напрямик через бурелом, особенно пожилые или заблудившиеся. Человек ищет дорогу, тропу, идет вдоль ручьев, по краю оврага, по просекам. Задача второй группы – проверить все эти «ниточки», по которым мог пойти потерявшийся. Руководит второй группой командир ПСГ «Сибирь» Андрей Поляковский. Он отмечает детали, указывает на ошибки. Новенькие учатся говорить с командой по рации и использовать профессиональный сленг.

– «Заря», это «Рысь 2», обнаружена камуфляжная куртка, прикопанная под деревом, – обращается по рации к штабу один из новичков «Сибири». 

– «Заря» на связи. Делайте фотографию, отмечайте в навигаторе, куртку забирайте, – отвечает команде штаб.
Группа движется медленно, намного медленнее, чем можно было бы идти по дороге. Каждые несколько метров остановка, взгляд по сторонам. Заглядывают под каждый упавший ствол, в каждый овражек.

– Самая частая ошибка новичков на линейных ориентирах – желание срезать, – говорит Андрей Поляковский. – Кажется, что вон там, за поворотом, все видно, можно пройти напрямую. Но именно там, в изгибах тропы, за буграми чаще всего и лежат люди, которые уже не могут идти. Мы должны пройти каждый метр этой линии.

Главное – люди
В поисково-спасательной группе «Сибирь» работают не профессиональные сыщики, не спасатели МЧС, а обычные неравнодушные люди. Работники градообразующих предприятий, педагоги, деятели культуры, продавцы, предприниматели. И наш коллега, оператор «Наших новостей» Юрий Горохов с позывным «Бармалей». В «Сибири» он около шести лет, отвечает за связь. Именно он и команда разворачивают антенны и настраивают рации. Задача сделать так, чтобы каждый, кто ушел в лес, был услышанным и вернулся домой. Пришел, говорит, спонтанно, попросили снять и смонтировать ролик.

– Меня зацепила атмосфера, – признается он. – Дружба, теплые отношения, чувство семейности. Сейчас у меня в «Сибири» одна из важнейших задач – связь на поисках. Как только уходишь за холм, рация может пропасть, а если лес с листвой, то звук и сигнал глушатся еще сильнее. Поэтому мы выставляем мачты, протягиваем антенны, используем разные частоты. Городские работают иначе, чем лесные. Физика разная.

И пока активно шла тренировка, а команда ГиГ общалась с волонтерами, погода решила устроить проверку на прочность. Мокрый снег, вьюга, видимость почти на нуле. Но, несмотря на сложности, учеба поисковой группы сегодня прошла успешно. Условный «потеряшка» – опытный поисковик, который сидел под деревом. Он не замерз по-настоящему, но, глядя на его покрасневший нос, понятно – будь это реальная ситуация, счет шел бы на минуты. Но сегодня всех «спасли», обогрели, накормили. А главное – научили новеньких, проверили экипировку и оборудование в деле и, конечно, потренировались. Даже через восемь с половиной лет, после почти пяти сотен поисков и около четырехсот найденных за плечами «Сибири» – это важно и необходимо.

– Есть несколько человек, которых мы не нашли за эти годы, – говорит Андрей Станиславович. – Это те случаи, когда заявку подали слишком поздно, когда потерялись драгоценные часы. Или когда человек уходил специально и скрывал свои мысли от близких. Но поиск продолжается всегда. Пока существует отряд, он не прекращается.

Андрей Поляковский помнит, как все начиналось, как учились у старших товарищей – отрядов «ЛизаАлерт», Центра поиска пропавших людей. Он с теплотой и благодарностью говорит о партнерах: полиции, ЕДДС, Горно-химическом комбинате, компании «РЕШЕТНЁВ», администрации города. 

– Есть фраза, которая мне очень нравится: «Помочь может каждый». Это не обязательно значит стать волонтером и ходить в лес. Это значит быть внимательным к тем, кто рядом, – говорит командир ПСГ «Сибирь». – Увидели пожилого человека на скамеечке, которому явно плохо, – подойдите, спросите. Увидели плачущего ребенка на улице без взрослых – не проходите мимо, остановитесь, узнайте, что случилось, вызовите службы. Это и есть добро. Люди до сих пор верят в него. Случаи, когда простые прохожие помогали, вдохновляют нас снова и снова.

Учебная задача выполнена. Кто-то из новичков впервые почувствовал, что такое слаженная работа в команде. Кто-то из опытных в сотый раз убедился, что система работает.