Суббота, 15 Декабря, 2018
Железногорск, Красноярский край

Мы служили государству, конституции и закону

8 октября 2018 / Общество / 0
Сколько нужно времени, чтобы из начинающего опера получился настоящий сыщик? Сложный вопрос. Кто-то, отработав в уголовном розыске с десяток лет и дослужившись до солидной должности, так и не становится профессионалом, считает Анатолий Распутин, герой нашей предыдущей публикации, посвященной 100-летию уголовного розыска. А кому-то, как полковнику милиции в отставке Виктору Головинкину, достаточно было всего двух лет, чтобы постичь премудрости оперативного и розыскного дела. Именно Головинкин в лихие 90-е и в начале 2000-х руководил отделом уголовного розыска, а потом и криминальной милицией закрытого города, именно при нем железногорские опера считались лучшими в Восьмом Главном Управлении МВД РФ.

Виктор Головинкин пришел в органы внутренних дел в 1986 году после службы в в/ч 3377. Заместители начальника ОВД Красноярска-26 Геннадий Федоров и Александр Корниевский предложили армейскому офицеру, обладавшему несомненными организаторскими способностями, попробовать себя на оперативной работе в уголовном розыске.

- Уголовный розыск в то время возглавлял Виталий Чайка, - вспоминает Виктор Викторович. - В отделе работали всего 16 человек. Небольшой коллектив славился своими наставническими традициями - опытные сотрудники передавали свои знания молодежи. Моим наставником стал Николай Васильевич Жуков, крепкий профессионал и настоящий трудоголик. Если бы я попал к кому-то другому, неизвестно, что бы из меня получилось. Ко мне также прикрепили старшего участкового 6-го опорного пункта (территория от больничного городка до улицы Королева) Юрия Николаевича Прокопенко. Жуков и Прокопенко водили меня, как пацана, по всей территории опорного и учили азам сыска. Заместителем начальника УВД по оперативной работе вскоре был назначен Анатолий Распутин, до этого тоже работавший в розыске. Кстати, вы в прошлой статье неверно указали звание, в котором Анатолий Никитич вышел в отставку - закончил он службу по выслуге лет полковником, это был уже 2002 год, так что в самое тяжелое время Распутин оставался в строю и вместе с нами пережил эти лихие годы.) У Распутина я научился уважительно относиться ко всем людям независимо от их социального статуса и положения. Именно Распутин, Жуков и Прокопенко сыграли большую роль в моем профессиональном становлении. Они вели меня по жизни, могли сказать, в чем я неправ, причем всегда делали это очень деликатно. Через год я стал старшим оперуполномоченным, еще через год - заместителем начальника уголовного розыска, а в 1993 году меня уже назначили начальником отдела.

Страна тогда находилась накануне политического и социально-экономического перелома. Начались сокращения в армии - из стран Варшавского договора выводили войска. В отдел уголовного розыска пришли Виталий Кравчук, Евгений Пуховский, Андрей Сивков, Юрий Первун, Сергей Козлов и другие бывшие армейские офицеры, составившие костяк подразделения. Практически у всех оперов, которыми руководил Виктор Головинкин, было высшее образование: военное, техническое, педагогическое, но не юридическое - профильный диплом имелся всего у четверых. Юридического образования операм действительно не хватало, поэтому Головинкин стал направлять своих сотрудников на заочное отделение Высшей школы милиции (сейчас Сибирский юридический институт МВД России). Ежегодно в вуз поступали по два человека.

- Конечно, как и любой руководитель, я подбирал сотрудников «под себя», тех, у кого искры в глазах горели, - говорит Виктор Викторович. - Принципы были жесткими: если не хочешь, не можешь и не выдерживаешь моего темпа работы, то мы с тобой расстаемся. Второй закон работы в уголовном розыске и криминальной милиции - «Никто, кроме нас!», поскольку только опера имеют полномочия, которых нет у других сотрудников органов внутренних дел.
Высокие требования, которые предъявлял начальник УГРО к своим подчиненным и к самому себе, привели к тому, что был создан высокопрофессиональный коллектив, который считался одним из самых лучших среди отделов уголовного розыска по «восьмерке» - системе МВД, обслуживающей особо режимные объекты.

- Мое дело было организовать работу сотрудников и наладить их быт, - продолжает Виктор Викторович. - Не устроена твоя супруга на работу, нет места в детском саду, нужна путевка в пионерский лагерь - это моя головная боль, а твое дело преступления раскрывать, помогать людям. Коллектив у нас был дружным - мы жили одной семьей. Знали, у кого родился ребенок, у кого заболел кто-то из близких, все радости и беды были общими у нас. Мы ездили семьями отдыхать на Шира, на Красноярское море. Вместе сажали и копали картошку. С этой картошкой была целая эпопея!

Организовывали выезды в Красноярск на концерты, после работы два раза в неделю обязательно занимались спортом. Да и сейчас мы, ветераны, совместно с действующими сотрудниками УМВД ходим в спортзал «Радуги» и академии МЧС. Наши жены общались друг с другом, дружили и наши дети.

О женах сотрудников уголовного розыска - надежном тыле - я хочу сказать отдельно. Женщинам, чьи мужья круглосуточно гоняются за преступниками и постоянно рискуют своей жизнью, приходится непросто. Они, как никто другой, знают, как сложна и утомительна работа оперативника. И от того, насколько добрые и гармоничные отношения складываются в семье, зависит успех в нашем деле. Я всегда говорил, что женам оперов при жизни надо ставить памятники. Воспитание детей, семейный быт полностью лежал на их плечах. А у нас на первом месте всегда была только работа. Я и не скрываю, что весь наш дом тянула на себе моя жена Елена. У многих из нас, к сожалению, сыновья и дочери росли без должного отцовского внимания. Мы занимались чужими проблемами, чужими детьми, профилактикой преступности и всем остальным, а своих детей часто видели только спящими, нередко упускали что-то в воспитании. А если в семье еще и какие-то неполадки, то вообще беда. Эта проблема характерна для многих семей оперативников.

Вал криминала, захлестнувший страну в начале 90-х, не обошел стороной и Красноярск-26. Про ликвидацию в закрытом городе организованной преступной группы «трех хохлов» железногорцам хорошо известно. На основе материалов уголовных дел, связанных с ОПГ, в одной из местных газет в 90-е годы был опубликован настоящий детективный сериал «Стая». Именно Головинкину и его бойцам пришлось вступить в жесткую схватку с бандитами, которые контролировали всю деловую и политическую жизнь закрытого города. Страшно ли им было? «Да, страшно, - однажды признался ветеран МВД Николай Селезнев, принимавший со своим подразделением ОПИК (отдел по борьбе с организованной преступностью и коррупцией) непосредственное участие в тех событиях и ставший впоследствии начальником криминальной милиции. - Наверное, все получилось потому, что мы верили в справедливость своего дела».
- Мы работали не на какого-то дядю - мы служили государству, Конституции и Закону, - утверждает Виктор Головинкин.
После зачистки банды «трех хохлов» Головинкина назначили начальником криминальной милиции УВД. Преступность в городе постепенно пошла на спад. Это было связано с тем, что опера работали в тесной связке со всеми подразделениями милиции, в первую очередь со службой участковых.

- Участковые знали все, что происходило на их территории, - рассказывает Виктор Викторович. - За поселок Первомайский тогда отвечал Сергей Рязанов. Об участковом уполномоченном Рязанове на Девятке помнят до сих пор. Работал он иногда жестко, но был справедлив, поэтому никогда никто на него не обижался и не жаловался.

К этому периоду относится раскрытие одного из самых страшных преступлений, которое произошло на территории Красноярского края. В период 1995-1996 годов в Березовском районе и в Сосновоборске стали пропадать автомобили вместе с водителями.

Первой жертвой оказался предприниматель из Сосновоборска - его бандиты сожгли вместе с машиной. Через некоторое время обугленные останки человека и остов автомобиля обнаружили в Енисее. Но это было только начало. Потом о пропаже людей и автомобилей стали поступать сообщения в милицию с зловещей регулярностью. Всего бесследно исчезли 11 человек, в том числе двое железногорцев.

В это время Виктор Головинкин и начальник уголовного розыска Сергей Заколюкин находились на учебе в Сибирском юридическом интституте МВД России. Они сразу же вернулись в Железногорск и возглавили оперативно-разыскные мероприятия.

- Номера автомобилей, объявленных в розыск, имелись на всех постах ГИБДД, - вспоминает Головинкин. - Проверялись и все подозрительные машины. В один из дней внимание дорожного патруля в районе Терентьево привлек полуразобранный жигуленок, который ехал со стороны Красноярска. Автомобиль по требованию сотрудника ДПС остановился, из него выскочили четверо парней и пустились бежать, бросив машину. При проверке оказалось, что машина принадлежит недавно исчезнувшему железногорцу. В тот же день одного из той четверки поймали. Щуплый 14-летний подросток стал объяснять, что этот автомобиль его приятели купили. Видно было, что пацан врет. Но как это доказать? Возможно, машину просто угнали, но к уголовной ответственности парня привлечь было невозможно, ведь действие статьи начиналось с 16 лет. Однако оперское чутье подсказывало, что отпускать пацана нельзя. Следователь Алексей Ковалев принял решение задержать подростка на трое суток, поскольку по поводу пропажи хозяина автомобиля уже было возбуждено уголовное дело по статье «Убийство». Через сутки, проведенные в камере ИВС, после долгих разговоров и убеждений задержанный стал давать признательные показания. Мы схватились за головы от его информации! Все разбойные нападения и убийства водителей совершала банда сосновоборских наркоманов разного возраста.

После первого эпизода с убийством предпринимателя преступники решили, что автомобили лучше не жечь, а разбирать на запчасти и продавать - можно на этом хорошо наживаться. Разбойники действовали по такой схеме: один из них на дороге тормозил проезжающую машину и просил водителя подвезти до сада. Через некоторое расстояние стоял еще один бандит. Пассажир говорил: «Это мой знакомый, давай заберем и его». А потом тот, кто сидел на заднем сиденье авто, набрасывал на шею водителя обычную авоську и требовал свернуть с трассы. Жертву душили, тело прятали, а машину перегоняли в Сосновоборск, где разбирали на запчасти. Из двух гаражей, где это происходило, пришлось вывезти два КамАЗа запчастей - то, что бандиты не успели продать.

В преступной группе у всех были свои роли. Очень активно, как оказалось, в убийствах участвовал и этот 14-летний пацан, которого мы задержали. У него, как потом показала экспертиза, была нарушена психика. Мальчишка рассказал, что водитель - хозяин остановленных в Терентьево «Жигулей» - закопан на болоте, нарисовал схему, где именно. И в ту же ночь оперативники и следователь прокуратуры Михаил Майоров выехали для проверки показаний на местности. За помощью обратились в войсковую часть 3377. Милиционеры и солдаты шли по болоту цепью. Дорогу показывал подозреваемый, пристегнутый наручниками к одному из оперов. Все снималось на видео.

Показания подростка подтвердились. Труп нашли. Опустим леденящие душу подробности - Головинкин до сих пор рассказывает с содроганием об этом. Скажем только, что оперативники, взрослые мужики, повидавшие всякое, смогли приступить к своей работе лишь после полстакана водки. Но и спиртное не спасло от нервного срыва. Потом подозреваемый показал, где недалеко от Подгорного спрятано тело второго убитого водителя из Железногорска.
Затем наши опера и коллеги из Березовки Аркадий Мозговой и Сергей Есин сутками сидели в засаде, ловили остальных членов банды.

- Наталья Александровна Валюх, начальник отдела дознания, спрашивает меня по рации: «Виктор, вы где находитесь?», - продолжает Головинкин. - Она привозила нам еду, которую отправляли жены. Вот так было дней пять точно, пока всех не «упаковали». Одного из разыскиваемых мы ждали у дома. Его родители заявили, что сына нет и где он, они не знают. Уже полночи прошло. Виктор Муравьев мне говорит: «Давай дверь выбьем, залетим. Дома он, точно. Видно же по родителям - у них глаза бегают. Ну, получим по выговорешнику и все». Дверь мы вышибли, а парня-то в квартире нет. И тут Муравьев увидел под потолком в коридоре антресоли, полез проверять. А он там, сучонок, спрятался, под хламом каким-то ногой зашевелил. Витя его за ногу и вытащил.

Уголовное дело получило большой общественный резонанс, поэтому его расследованием занималась краевая прокуратура. И судил убийц тоже краевой суд.

- Это были жуткие дела, - не скрывает Виктор Головинкин. - Но для меня и моих ребят гораздо страшнее всегда было предательство среди своих. А такие факты имелись.

Еще больнее оперативнику Головинкину было осознавать, что с течением времени те, с кем немало уже было пройдено и пережито, с кем работали рука об руку, поменяли свои идеалы, поставили работу на службу своим меркантильным интересам, откровенной корысти. «А может, их никогда и не было, этих идеалов, - рассуждает полковник Головинкин, - просто в каждых новых обстоятельствах люди действовали так, как им было выгодно.»

Работа в уголовном розыске, огромная физическая усталость и нечеловеческое психическое напряжение не могли не сказаться на здоровье. Безвременно ушли из жизни уже шесть оперов старой гвардии. Александру Лукину, например, был всего 41 год.

В 1998-м Виктору Головинкину поручили создать спецподразделение при УВД, такие структуры уже существовали во всех ЗАТО. Головинкин создал его с нуля и руководил этой службой более пяти лет. Тогда он забрал с собой из розыска Сергея Антропова, Павла Забелина, Николая Селезнева, Андрея Пышкина, Олега Даниленко и некоторых других, которым доверял как самому себе.

С 2003 по 2007 год Виктор Головинкин возглавлял криминальную милицию УВД Железногорска. За это время прошли обновления уголовного розыска, ОБЭП, экспертно-криминалистического отдела, спецподразделения, но принципы работы оставались неизменными - честно служить Закону.

Виктор Головинкин вышел в отставку в 2007 году в звании полковника милиции. Его 22-летняя служба в органах внутренних дел отмечена государственными наградами: Орденом Почета - за работу в криминальной милиции, медалью «За отличие в охране общественного порядка», целом рядом других наград, а также именным оружием. Эти награды, подчеркивает Виктор Викторович, не просто его личная заслуга, а признание работы всех сотрудников криминальной милиции.

- Мне в жизни везло на честных и порядочных людей, у меня были хорошие учителя, - утверждает полковник Головинкин. - Сегодня в отделе уголовного розыска еще работают некоторые наши коллеги из прежнего состава - Александр Мезенцев, Дмитрий Мавлин, Василий Мирсков. Но подавляющее большинство - это молодые ребята. Они толковые, я вижу, как они переживают за свое дело. Только передавать им опыт, как это было у нас, некому. Преемственность поколений, к сожалению, почти утрачена, поэтому нынешним операм приходится доходить до тонкостей оперской работы своим умом, набивать шишки и учиться на собственных ошибках. И я от души им желаю успехов в этой очень непростой работе!

Анастасия ЗЫКОВА
Оставить комментарий
Поля, отмеченные *, обязательны для заполнения

Анонсы

Где можно купить газету «Город и горожане»?
В связи с закрытием сети магазинов «Балтийский» газету «Город и горожане»  сегодня можно купить в следующих торговых точках:
Железногорские учреждения культуры приглашают на праздничные новогодние программы
С 15 декабря учреждения культуры приглашают на праздничные новогодние программы, театрализованные представления, спектакли и утренники для детей.
Елочный базар в Железногорске начнет работать 17 декабря
С 17 декабря на площади «Ракушка» и возле Центра досуга начнет работать специализированная ярмарка «Елочный базар».
Первый ледовый городок в Железногорске откроется 18 декабря
В середине декабря в Железногорске стартуют новогодние мероприятия: открываются зимние городки и городские елки, проходят новогодние утренники и представления во всех учреждениях культуры, открывается «Ёлочный базар».